Исповедь «Промежуточный результат»

Переписка с Федорой натолкнула меня на довольно странные рассуждения и размышления. Федора стала для меня чудодейственным скальпелем, о который я «порезался», и потекло истинное нутро личности.

Итак.

Исторические предпосылки.

Вдруг, ни с того, ни с сего, примерно, с год назад, началась внутренняя психическая блокада. Блокада, которая длится вот уже год. С переменным успехом идет война с ленью, безволием, алкоголем, и бессмыслием всего. Бессмыслием факта существования, бессмыслием боли и удовольствия, как способа спасти тело, бессмыслием мира и бессмыслием всего того, что есть во вселенной.

Ощущение такое, что-либо ты сам, либо мир сошел с ума – пока еще не оставляет. Было ощущение, что просто «заказали». Было ощущение, что потерялся. Было ощущение, что «какого фига?», если так больно?

«Открываясь миру, человек становится уязвимым. Это позволяет чувствовать радость, но на эту же величину это заставляет чувствовать боль» - И.Н.Калинаускас (цитата не точно).

В определенное утро полезли (в картинках воспоминаний) старинные взаимоотношения с родственниками. С бабушками, (дедушек не знал, ибо погибли в отечественную), с родителями, с братьями и сестрами. Ощущения не самые приятные, но вот что интересно, работать, думать, стремиться к приоритетным целям это не помешало, хотя несколько и затруднило. Неделя интенсивной внутренней работы позволила научиться делать свое дело на фоне всего происходящего внутри. Очень интересный и необычный опыт.

Препятствия были, но они оказались преодолимы.

Итак, чем же помогла Федора? Своим вопросом о том, что, мол, мои намерения очевидны. Вот класс! Хохотал, до упаду! Мои намерения кому-то очевидны! Без труда! Тут, вдруг, просто раз, бац, и очевидны! Тут бьешься не первый год. Роешь, роешь. Роешь, роешь. А бог руками другого человека взял, да и поднял это все, просто на просто, прямо с земли. Прямо под ногами все валялось, оказывается! Тут уже котлован внутри себя вырыт, почти как под космодром или атомную станцию. Крот бы позавидовал таким катакомбам, а оно, вот тебе раз, просто на поверхности все лежало.

Усомниться в очевидном – это так приятно и так же бессмысленно.

И вот, вероятно, вследствие этого, вопрос о содержании моего поведения и моих поступков, как-то сам выбрался наружу. Взял сам по себе, да и актуализировался. Искомое, вдруг, ни с того, ни с сего, само по себе, выбралось наружу. Само выбралось наружу. Спасибо Федоре за то, что именно тогда, когда это было нужно, она обратила на все это внимание. Умничка. Низкий поклон. Огромное спасибо.

Симптоматика.

Боль и пустота, до этого год успешно прятавшиеся внутри, примерно с полгода назад выползли наружу и стали как оголенная рана. Сочится и болит рана. Как заноза торчит. И заживать не заживает. И избавиться не возможно. И жить жутко трудно и не удобно. Все время цепляешься этой раной за предметы, ситуации и людей.

И оказалось, что боль и пустота под собою скрывали того, кто так давно прятался внутри. Боялся и прятался.

И как-то утром, около пяти утра, вдруг, ни с того, ни с сего, пришло осознание содержания многих поступков. Это было нечто такое, что ни с чем не сравнить нельзя. Это оказался страх. Это страх!?! Страх выбрался наружу. Чудо! Страх предстал в своем исходном обличье. Руки показал. Голову. Всего себя продемонстрировал. И страх оказался не так уж страшен.

Самое смешное оказалось то, что страх сам тоже боится. Всего боится. Себя боится. Других боится. Мира боится. Всего, что сам же и создал, сам и боится. Он нормальный, оказался. Он сам себе живет и не мешает жить другим. А то, что работа у него такая, так, причем же здесь он сам? Профессия, она и есть профессия.

Единственно, одинокий он какой-то оказался. Нелюдимый. Ладно бы нечисть всякая вокруг него была бы. А то, одинокий, и страшный. И фарс, и трагедия. В одном флаконе.

Итак, предстал страх. Предстал страх в исходном обличье.

Страх.

Страх всего и вся. Самые жуткие из страхов, для меня, оказались, три страха: это страх забвения (одиночество и невостребованность), страх нищеты (богатство, мастерство и профессионализм) и страх немощи (здоровье).

Они как три свирепых пса просто рвут изнутри. Причем каждый по-своему. Но как на них обижаться. Предназначение, оно и есть профессия.

Страх забвения.

Жутко пугает абсолютное одиночество. Отказ от родственных уз – ничего не дал. Отказ от журналов, газет, кино, телевидения и книг – ничего не дал. Работа – дает радость текущих свершений, но не избавляет от одиночества. Одиночество впилось и не дает покоя своими ужасающими картинками монашества, аскезы, заброшенности и покинутости.

Страх нищеты.

Страх нищеты заставляет все время совершенствовать свое ремесло и мастерство. Все время идет поиск новых ходов и возможностей в технологическом и инструментальном оснащении профессии. Деньги лишь компенсируют затраты на лучшие ресурсы и инструменты, и дают новую точку отсчета для работы и устремленности. Деньги, как фундамент, как плавучая платформа, позволяют стартовать с уже достигнутого уровня. Сколько их этих уровней? Пока не знаю. Край горизонта виден, но он все время отодвигается.

Страх немощи.

Страх немощи жутко сковывает. Просто вяжет по рукам и ногам. Страх немощи настолько очевиден и непредсказуем, что будущее иногда видится менее комфортно, чем прошлое. Счастливы те, кого немощь настигала в середине жизни. Это факт. Примеров масса: Валентин Дикуль, Майя Гогулан, Мирзакарим Норбеков, Алексей Маресьев и многие, многие другие.

Я делаю зарядку 17 лет, не считая еще 14 лет отданных спорту. Все началось довольно просто. Меня привезли в 24 года на каталке с остеохондрозом к одному великому человеку. Его зовут Василий Алексеевич Рубан. За неделю он меня поставил на ноги. Я вообще не ходил, так разбило. Просто в клочья. В хлам.

После этого неделя на осознание. И начался поиск. Сначала я сходил в йогу. Благо был предыдущий опыт. Потом разминки из восточных единоборств. Слава богу, был предыдущий опыт. Потом школа здоровья Хана и Норбекова. Их разминки. Причем сначала по видео кассете, а потом уже личное знакомство, которое принесло ощущение присутствия Мастера и Учителя в собственной жизни.

И, кстати, не важно, что произойдет в последствии с любым человеком (читай Учителем), который, в определенный момент, поможет Вам лично. Важно, что он оказался в нужное время и в нужном месте. Низкий поклон всем тем, кто смог спасти то, что в последствии оказалось жизнью. Вашей жизнью.

Страх начал ослаблять хватку. И вдруг стало страшно жить без страха. Стало страшно оттого, что страх начал умирать. Очень страшно жить без страха. Никогда еще так не жил, не знаю как это. Вот эта неизвестность страшит и пугает своей неопределенностью. Как оно еще там будет?

Преодолевать страх мужеством – это просто. Преодолевать страх отвагой – это тоже понятно как. Преодолевать страх отчаянием – не велика мудрость. Преодолевать страх преданностью – проще простого. А вот как преодолеть страх перед жизнью без страха – вот задача.

Ну, да ладно, посмотрим, что будет дальше.

По вопросу, а сколько мне еще все это делать?

В жизни - не знаю.

В профессии – не знаю.

В призвании – не знаю.

Очень вероятно, что придет тот день, когда в словах более потребности может и не возникнуть и работа с текстом сама собой завершится. Рукописи нужно будет завершить, ибо не гоже недоделанные «хвосты» за собой оставлять. А пока будем трудиться, пока время для этого отведено.

Нужно работать. Нужно спокойно делать свое дело.

Нужно:

- профессионально относиться к своему ремеслу;

- мастерски поступать с клиентами;

- нежно оберегать то, чем никогда не дорожил;

- заставлять работать то и тех, кем дорожишь.

Нужно работать. Нужно делать свое дело. И на ниве создания состоятельных людей, на ниве взращивания компаний №1, и на ниве помощи тем, кто талантлив, но пока еще не может оплатить труд профессионалов – это и есть данные рассылки.

Рад быть Вам полезным.